Главы 11 и 12

Глава 11. ЦАРЕВНА МАХА И БАБОЧКА БУСИНКА ДЕЙСТВУЮТ

Царевна Маха осторожно приоткрыла резные ставенки и оглядела капустный огород. На грядке, вместо Бусинки, подрёмывали на солнцепёке шпионосы.

— Бусинка, наверно — в темнице, с остальными… — погрустнела царевна и задумалась: — Как же мне попасть в Боко?

Капустный огород Бусинки тянулся аж до Цветочного леса.  Через Цветочный лес бежала речка Смелая. Речка впадала в Море. А оттуда до бабушки Луманау было лапкой подать!

— Попробую сначала долететь до Цветочного леса! — Маха выпорхнула в окошко и неслышно пронеслась над огородом. Тень от её крылышек накрыла нежившихся на солнце шпионосов.

Старый шпионос поёжился от внезапно набежавшего холодка:

— Дождь, что ли, собирается? — он привстал с одуванчика. На небе не наблюдалось ни тучки, а у опушки Цветочного леса  мелькали расписные крылышки царевны Махи.

— Тревога! Тревога! Маха — воз-зле Цветочного леса! — шпионос вскочил, как ужаленный, пинками разбудил своего помощника, и оба кинулись к опушке.

— Куда это вы собрались? Ах, как пить хочется! — царевна с невинным видом отпила сока из кувшинчика колокольчика и закатила глазки от наслаждения: — М-м-м! Очень вкусно! Попробуйте!

Шпионосы недоверчиво покосились на колокольчик и промолчали — в их набитых брюшках уже булькало по бидону василькового сока с дворцовой кухни.

Отведав нектара, Маха аккуратно промокнула губки лепестком колокольчика и вернулась в теремок, прикрыв за собой резные ставенки. Шпионосы переглянулись.

— Подоз-з-зрительно! — прозудел шпионос-помощник.

— Будем держ-жать моё ухо востро! — с этими словами старший шпионос гордо выставил над огородом самое длинное из двух своих лохматых ушей: ухо по кличке Безразмерное. Оно считалось лучшим среди всех ушей шпионосов, потому что могло подслушивать даже то, чего никто никогда не слышал.

Безразмерное завертелось над огородом, ловя подозрительные шумы.

— Вз-з-здремнём до обеда! — укутавшись в оставшиеся три уха, шпионосы снова впали в спячку.

Тем временем бабочка Бусинка пробивалась к царевне по дворцовой лестнице.

Мошки-крошки, бывшие царские лакеи, а теперь — дворцовые стражники, наотрез отказывались признавать Бусинку, скрестив крест-накрест пики-былинки. Когда же Бусинка попыталась пролететь мимо них вверх по лестнице, в её крылышко вонзилось острие пики.

— Вас, что, тоже осы покусали? — возмутилась Бусинка, тряхнув крылышком, — Забыли, кто — я, и, кем прихожусь царевне Махе?

— Пи-пи-пи, — пищали мошки-крошки, — не помним — не знаем — никого не пускаем! Пи-пи-пи! Не помним — не знаем…

— Ну и ну! Что творится в нашем царстве! — рассерженная Бусинка отправилась на дворцовую кухню. Там её негодование взвилось до предела!

Повсюду — на полу и на кухонных полках валялись пустые бутылки и бидончики из-под нектара — отборный осиный рой постарался на славу!

Между тем приближалось время званого обеда.

— И когда эти полосатые успели всё выхлебать?! — Бусинка пошарила в шкафчиках, провела лапками по голым полкам:

— Делать нечего! Придётся лететь за новым нектаром!

Прихватив пару пустых бидончиков, бабочка отправилась к себе на огород. Там, в васильковых зарослях, можно было заняться сразу несколькими делами — набрать нектара, попытаться встретиться с заключёнными в темницу бабочками и проскользнуть к теремку царевны.

Царский дворец утопал в васильках. По приказу царя Махаона васильки давно никто не трогал — не рвал, не срезал — так, что они разрослись от опушки Цветочного леса, по краям капустного огорода, до самого царского дворца, и оплели дворцовые стены стеблями, усыпанными синими цветами. Бабочки и сами не заметили, как со временем стали называть дворец царя Махаона Васильковым дворцом. А из стеблей васильков при необходимости делали отличную мебель.

Бусинка нырнула в васильковые заросли и вскоре оказалась перед маленьким зарешеченным оконцем в стене — это было оконце темницы. Из него улыбался Бусинке портной Листовёртка!

— Милый Листовёрточка! Ты жив и здоров! — обрадовалась Бусинка, — А что с остальными? Где — стражники? Где князь Шелкопряд? — не терпелось узнать Бусинке.

— Стражники до сих пор лежат без чувств, дорогая Бусинка, а князь Шелкопряд… — Листовёртка сморщился, словно от боли, — … скрылся туда — неведомо куда, испугавшись осиного роя. Я собственными глазами видел, как он … — опечаленный Листовертка не договорил и опустил голову.

— Ах! Бедная царевна! — всплеснула лапками бабочка, — Как сказать ей про это? Как утешить? — Бусинка задумалась.

— Просто скажи ей правду, — посоветовал Листовертка. Бусинка грустно кивнула, а потом, вспомнив про царскую свиту, заглянула в оконце темницы:

— А где же придворные бабочки?

— Мы здесь! Бусинка, мы здесь! — прозвенели голоски придворных бабочек одновременно с цепями, которыми их сковали шпионосы, — Мы очень хотим пить!

— Сейчас-сейчас! Я соберу вам нектар! Вот мои бидончики — я ведь теперь — хи-хи! — работаю на кухне у принца Осы! — Бусинка быстро наполнила нектаром первый бидончик и просунула сквозь прутья решётки бабочкам.

Все бабочки одновременно опустили в бидончик свои хоботки, и через мгновенье нектара в нём — как не бывало!

Но Бусинка уже успела набрать василькового сока во второй бидончик и тоже передала его бабочкам. Тем временем Листовёртка рассказывал Бусинке:

— Осы принесли нас сюда и бросили на каменный пол. Мы все, во главе с царем Махаоном, были без сознания. Я очнулся раньше других, и хотел было встать и помочь остальным — придворным, стражникам, нашему царю, как вдруг ключ в замке повернулся, и в темницу вошёл принц Оса.

Пришлось мне снова оцепенеть, но одним глазком я всё-таки подсматривал. Принц Оса искал в темнице царя Махаона. А когда нашёл — ужалил того изо всех сил! Он жалил и жалил его до тех пор, пока царь не очнулся.

И — ты не поверишь, Бусинка! — очнувшись, его Величество бросился обнимать и целовать принца Осу, как родного!

— Я тебе очень даже верю, Листовёрточка! Я видела то же самое в тронном зале, — помрачнела Бусинка. — Увы! Принц Оса околдовывает царя Махаона с помощью своего отборного осиного яда! Что нам делать? Полечу к царевне — про батюшку расскажу, и про князя Шелкопряда, и посоветуюсь, как дальше быть!

— Лети к Махе, милая Бусинка, а я тем временем хорошенько подумаю, и, может быть, додумаюсь, как нам расколдовать нашего царя, — пообещал Листовёртка.

— Подумай и додумайся, милый Листовёртка! До встречи! — Бусинка послала всем воздушный поцелуй. — Бидончики, милые бабочки, побудут у вас пока!

— Пока-пока! — замахали крылышками придворные бабочки, но Бусинка им не ответила — она была уже высоко.

Глава 12. ЧЕРНЫЙ МОТЫЛЕК ОТПРАВЛЯЕТСЯ ЗА ПОМОЩЬЮ К БОКАШКАМ

Бусинка взлетела к окошку царевниной светёлки.

За прикрытыми ставенками было тихо. Не спуская глаз с дремавших в огороде шпионосов и Безразмерного уха, Бусинка дотронулась до ставенок. Ставенки скрипнули.

Бусинка решительно распахнула окошко настежь: — И-и-и! — на весь огород проскрипели ставенки.

Безразмерное ухо метнулось в сторону теремка и сделало стойку. Бусинка, едва дыша, спланировала вниз, в заросли васильков. Ухо помедлило секунду и… развернулось к Цветочному лесу: там зашумел-застучал по цветам сильный ливень.

Бусинка, не теряя времени, втянула голову в плечики, поджала крылышки и лапки, подпрыгнула и белой бусинкой отскочила от васильков прямо в царевнино окошко!

Неслышно затворив за собой ставенки, Бусинка осмотрелась. Царевны в светёлке не было, а на полу валялись обрезки от Махиных новых крылышек!

Специально к празднику в королевстве Боко портной Листовёртка сшил для царевны чудесные шёлковые крылышки. Они переливались всеми цветами радуги, а стоило на них попасть солнечному лучику — они вспыхивали радужным огнём!

Вот и теперь: даже обрезки крылышек сияли так, что в комнатке было светло и с закрытыми  ставнями.

— Ах! — воскликнула Бусинка, — Где моя бедная подружка?! Что с ней сделал принц Оса?!

Бусинка всхлипнула, подобрала с пола сияющий лоскуток, прижала к груди и зарыдала во весь голос.

— Тише, Бусинка! — из-за василькового сундука вылезла, отряхиваясь от пыли, Бусинкина подружка, — Ну, и испугала ты меня!

— Маха! — Бусинка бросилась к царевне: — А я уж подумала, что принц Оса и тебя куда-нибудь упрятал! — Бусинка крепко обняла Маху, потом испуганно отступила от неё на шаг:

— Но что ты сделала со своими крылышками?!

— Бусинка! Говори, пожалуйста, шёпотом! — Маха приложила пальчик к губам: — Нас могут услышать стражники!

— Ну, и скажи мне, зачем ты обрезала крылышки? — строгим шёпотом спросила  Бусинка.

— Мои большие крылышки доставляют мне слишком много хлопот, из-за них я не могу вылететь за помощью к бокашкам — я видна отовсюду. А с обрезанными крыльями я превратилась в мотылька.

— Но твои радужные крылышки и сейчас сияют так, что тебя всё равно заметят!

— Нет-нет! Никто ничего не заметит! — с этими словами Маха достала из печки ведёрко, наполненное сажей, и опрокинула на себя. Через секунду перед изумлённой Бусинкой стоял хорошенький ночной мотылек с чёрными крылышками.

— Ну как? — тихо рассмеялась Маха, — Теперь ты меня узнаешь?

— Нет! — обрадовалась Бусинка, — Маленький ночной мотылек! Лети скорей к бокашкам и передай им, что на нас напали осы, а принц Оса отравил ядом царя Махаона!

— Что?! — вскрикнул от ужаса чёрный мотылек, — Батюшка отравлен?

— Ах, прости, Маха! И я, и портной Листовёртка своими глазами видели, как принц Оса жалил царя до тех пор, пока тот не стал таким же з-з-злющим, как сам принц!

— Неужели — это правда?! — не могла поверить царевна.

— Да! Твой батюшка шипит и без передышки обнимается с принцем Осой! А тебя пообещал отдать принцу Осе в жёны! Эх, знать бы, как царя от яда расколдовать! Может, ты что-нибудь придумаешь?

— Про осиный яд ничего я не знаю! Был бы здесь жених мой суженый — князь Шелкопряд! Уж он бы что-нибудь придумал! Да, видно, зажалил его до смерти принц Оса… — царевна Маха собралась было всплакнуть, но Бусинка перебила её:

— А вот я от Листовёртки совсем другое о Шелкопряде слышала!

— Что? что? — не терпелось знать Махе.

— Говорили, вроде бы, в темницу его бросил принц Оса… Да только нет его в темнице среди стражников и придворных бабочек — я сама в этом убедилась!  А Листовёртка рассказал, что князь Шелкопряд… — бабочка в нерешительности замолчала.

— Что? Говори! — вскричала Маха и сама продолжила, — …что сбежал он по трусости своей домой, в Сосновый бор? жить-поживать и горя не знать?? значит, это правда! — с горечью воскликнула царевна. — Принц Оса не соврал мне! — Маха опустила голову.

— Не кручинься, царевна! При твоей-то красоте женихов у тебя будет ещё — целая куча!  — подбодрила Маху Бусинка, — А сейчас подумаем лучше о…

— Вот именно! — царевна отогнала от себя грустные мысли и храбрым голосом проговорила: — Спасём наше царство!

— Спасём! — бойко поддержала подругу Бусинка.

— К полёту готова! — громким шёпотом доложила царевна Бусинке и вылетела в окошко.

Чёрной стрелой промчалась Маха над огородом. Ухо всё ещё торчало над грядками. Оно услышало шелест крыльев мотылька и постучало по плечу спящего хозяина.

Шпионос, еле продрав глаза, бестолково оглянулся — вокруг  не было ни души. А над Цветочным лесом порхал чёрный ночной мотылёк.

— Ерунда! — пробормотал встревоженному уху хозяин и улегся на другой бок.

— Красота! — Бусинка от радости захлопала в ладоши и спикировала вниз, к тюремному оконцу.

— Скоро здесь будут бокашки с Лихой эскадрильей! — торжественно объявила Бусинка портному и придворным бабочкам, — Царевна Маха успешно миновала огород со шпионосами и приближается к Морю!

— Ура! Ура! — ликовали заключённые бабочки. А Бусинка подала Листовёртке плетёный ларчик:

— Этот ларчик с нитками и  иголками я прихватила в царевниной светёлке. Тебе — для работы, шей — не скучай!

— Замечательно! — обрадовались придворные бабочки, — Листовёртка сошьёт нам новые наряды к нашему освобождению Бесшабашными пилотами!

— Безусловно, барышни! — Листовертка поклонился развеселившимся бабочкам и спросил: — Не знаю вот только — из чего?

— Из васильков, — предложила Бусинка. Достав из ларчика ножницы, она откромсала от ближайшего  цветка два больших лепестка, три — поменьше, и пять — маленьких, и просунула их через решётку.

Придворные бабочки безотлагательно взялись придумывать фасоны новых крылышек и занялись примеркой лепестков. А Листовертка сказал Бусинке:

— К сожалению, я не додумался, как расколдовать царя!

— Получается, — огорчилась Бусинка, — нам остаётся надеяться только на бокашек!

— Нет, Бусинка, мы и сами можем сделать кое-что! Попробуй во время обеда выведать у принца Осы его секрет!

— Легко сказать, Листовёртка! Принц Оса и так никому не доверяет, а уж мне свою тайну ни за что не выдаст!

— Как раз об этом я хорошо подумал! И кое-что придумал! Слушай внимательно, Бусинка! Никто, кроме меня, не знает, что в чаще Цветочного леса растёт прекрасный волшебный цветок.

На днях я бродил по Цветочному лесу, искал материал для новых царских крылышек, и на заброшенной полянке наткнулся на незнакомый цветок необыкновенного алого цвета. Я обрадовался и уже взялся за стебель, чтобы спилить цветок, как вдруг из-под соседней травинки вылез дряхлый Красный клещик и погрозил мне лапкой.

— Не тронь Петунью! — сказал он, — Лучше собери нектар — он пригодится тебе для говорящего зелья!

— Что это ещё за говорящее зелье? И почему оно должно мне пригодиться?- посмеялся я над словами клещика.

— Оно помогает разговориться любому, кто хранит секрет, — серьёзно ответил мне старичок.

— Не надо мне никакого зелья, — я не поверил старику, — если тебе жаль цветок — так и скажи, я не буду трогать его. Любуйся им на здоровье! — и я ушёл. Я же не знал, что говорящее зелье потребуется мне уже сегодня!

— Говорящее зелье! — восхитилась Бусинка, — Если подать его принцу  Осе за обедом…

— … он обязательно проговорится о том, как снять заклятье с царя Махаона!.. — заключил Листовертка.

— …и мы узнаем, зачем осам понадобился Малиновый куст! — Бусинка, не медля, расправила крылышки.

— Лети вдоль Смелой речки, — указал ей дорогу Листовёртка, — по направлению к Сосновому бору, там, в укромном уголке Цветочного леса, ты найдешь и заброшенную полянку, и цветок Петунью, и Красного клещика!

— Отправляюсь тотчас!

Прихватив пустые бидончики, Бусинка помчалась в Цветочный лес на поиски говорящего зелья.